hranitel_slov (hranitel_slov) wrote,
hranitel_slov
hranitel_slov

Необычные судьбы двух тетрадей

Попробую открыть для себя новую главу истории Орловщины.
Болховский исследователь Вячеслав Рыбников написал ряд интересных статей. И с его любезного согласия я публикую тут их полные версии.
Очень прошу ,не корысти токмо, а ради уважения автора приводить ее без купюр и с ссылкой.
ПС. Данной темой не занимался, совсем, поэтому все вопросы с радостью передам ув. В. Р.
---------------------------------------------------------------------------

Необычные судьбы двух тетрадей
.
Вячеслав Рыбников


Изучая историю родного края и отдельных эпизодов Великой Отечественной войны, подчас диву даёшься удивительным совпадениям, аналогиям и ещё чему-то, что находится уже на уровне мистических ассоциаций.

Возьмём, к примеру, историю трагической развязки драматичной судьбы основоположника космонавтики и теоретика ракетостроения Юрия Васильевич Кондратюка (Александра Игнатьевича Шаргея), погибшего в Кривцовских боях близ г.Болхова в феврале (22-25) 1942 года (см. статью «Последний приют гения», «БК», №№36-37, 43-44 за 2013 год). Ну, что, казалось, может здесь быть удивительного? Ну, да – солидная персона в космонавтике, по сути вторая величина после Циолковского! Но кто об этом тогда знал? А погиб, как обычный рядовой, в тяжелейших боях февраля за Кривцовские высоты. Многие погибали, и учёные в том числе. Ну, погиб и погиб какой-то рядовой, что в этом особенного!

Закончилась война, настали мирные времена. Начался наш прорыв в космос. Несколько раз переиздавалась книга Кондратюка, о нём появились научно-популярные и энциклопедические статьи, но в сжатой форме, без подробностей биографии. Тут долго действовал какой-то запрет. Когда же в конце 80-х на волне гласности появился материал о его интригующей судьбе, тайне смены имени-фамилии, службе в белой армии, большинство приписало тот запрет именно этим фактам. Мало кто знал, что основная причина была глубже – он негласно был обвинён в предательстве, сдаче в плен и работе на немцев. Вот, что по этому поводу писалось в очерке «Кто вы, инженер Кондратюк?», (сб. «Загадки звёздных островов», кн. 5-я, 1989 г.): «Космонавт В. И. Севастьянов, изучавший архивные материалы о Кондратюке, рассказывает: «Судьба, которая, мне кажется, всю жизнь мстила Кондратюку за то, что он жил под чужим именем, и после его смерти сыграла злую шутку. После окончания войны при разборе фашистских архивов были обнаружены документы, вроде бы свидетельствующие о том, что Ю. В. Кондратюк работал у Вернера фон Брауна на ракетной базе в Пенемюнде. Кое-кто быстро поверил в то, что Кондратюк оказался предателем...

А суть дела такова. В фашистских архивах обнаружили половину тетради Кондратюка с формулами и расчётами по ракетной технике. Тетрадь нашёл на поле боя какой-то немецкий солдат и принёс своему командиру. Вскоре она попала специалистам по ракетной технике…». О том же было и в статье В.Борисова из газеты «Труд» от 10.06.1988 г.

Вот это уже удивительно! Тетрадь Кондратюка в архивах Вернера фон Брауна, да ещё с поля боя? Невероятно! Многие не верят. «Мне представляется сомнительной версия автора статьи о том, что она была найдена "на поле боя" немецким солдатом и была переправлена специалистам фон Брауна…», – пишет в своей книге «Траектория судьбы» Александр Раппопорт (изд. 2-е, 2008 г.). Он сомневается, но тут же выдвигает своё предположение о захвате немцами этой тетради из музея Циолковского во время оккупации Калуги, хотя нет никаких данных о том, что она там вообще находилась.

Исследователь биографии Кондратюка-Шаргея А.В.Даценко в своей книге «Я полечу туда…» тоже отрицал эту "версию" с тетрадью со ссылкой на генерал-лейтенанта Г.А.Тюлина, возглавлявшего коллектив специалистов, изучавших трофейную ракетную технику в 1945-1946 годах. Но, сославшись на Тюлина, он не учёл, что тетрадь эта могла пройти мимо специалистов комиссии.

По вновь открывшимся данным (см. Интернет-статью М.И.Руденко «Я первым ознакомился с архивом Вернера фон Брауна»), захват сверхсекретных документов архива с полигона Пенемюнде, оперативно выполнила на «Дугласе» группа военной разведки капитана С.Хомутова, немедленно передавшая их в Генштаб. Этот архив (12 белых папок) в конце мая 1945 г. был отдан в ЦКБ-29 НКВД подмосковного Болшева (попросту «шарашку» А.Туполева) на изучение и заключение группе Роберта Бартини. А занимался им хорошо владевший немецким языком будущий академик Пётр Дузь. По его утверждению, он «мало что читал в жизни с большим интересом», чем последнюю 12 папку из архива, поскольку в ней был перечень замыслов, концепций и даже технических решений наших учёных, использованных в конструкциях ракет Вернера фон Брауна. Ему врезалась в память фраза о роли «основополагающих идей русских учёных Циолковского и Кондратюка». Здесь же, видимо, была и половина тетради Кондратюка с поля боя. Для доказательства её существования есть косвенные объяснения. Будь она выдумкой, никто никогда не стал бы уточнять, что это была именно «половина». Для того, чтобы опорочить Кондратюка, было вполне достаточно назвать это просто «тетрадью», или «документами». До «шарашки» она, скорее всего, не дошла, поскольку явно выделялась из папок архива.

Как раз это понятие «половины тетради» подтверждает правоту слухов о находке её на «поле боя» (хотя это вовсе не поле, а высота), а также с большой степенью вероятности и сам факт его гибели. Ведь половина могла образоваться, если рядом с ним разорвался снаряд, окончательно разметав его бренное тело, что в целом характерно для тех боёв у Кривцовских высот февраля 1942 года. Он прошёл битву под Москвой, когда их части немцы рассеивали и окружали, и, если бы даже хотел сдаться в плен, мог бы сделать это гораздо раньше, причём с полной тетрадью.

Перед войной Кондратюк не расставался с портфелем, в котором хранил рукописи, ссылаясь на то, что при аресте потребует составить акт. Там же, видимо, были и две самые важные главы, которые он не включил в свою книгу на том основании, что они слишком близки к рабочему проекту и могут быть использованы не в мирных целях (о чём писал в предисловии). Он не хотел открывать секреты врагу, но они как раз и могли достаться немцам с половиной тетради. И эта его оплошность (то, что он таскал тетрадь с собой), видимо, и трактовалась, как предательство. В одном из писем с фронта он писал: «Действительно, все в жизни делается наоборот».

Сохранилась ли эта половинка тетради в каких-то архивах КГБ или была уничтожена, как были уничтожены многие документальные свидетельства послевоенной работы на СССР, вывезенных из Германии немецких ракетчиков, неизвестно. Скорее всего, эти записи, побывавшие в бою, вряд ли до нас дожили.

Для доказательства возможности и реальности этой невероятной истории рассмотрим теперь другой, аналогично-зеркальный случай с «легендой русского спецназа», «минным богом», нашим земляком, родившимся близ г. Болхова, а потому и почётным его гражданином, Ильёй Григорьевичем Стариновым, известный в научно-популярной литературе, как «Атомная тетрадь». Биографию Старинова не нужно описывать: на Орловщине его знают, ему посвящено много статей в наших орловских изданиях. Он – герой книг и кинофильмов, автор интересных мемуаров.

Любопытно, что первая публикация об этой истории была в «Болховской нови» в 1975 году, где с октября по ноябрь печатались главы книги «Льды и оливы». Сейчас в печати и Интернете довольно широк диапазон её трактовок. Даже сам Старинов в мемуарах разного периода по-разному озвучивал отдельные её моменты.

Итак, точно в те дни февраля 1942 года, когда Кондратюк погибал на безымянной высоте у Кривцово, далеко от нашего края под Ростовом-на-Дону, где в составе 56-й армии работала инженерная группа под рук. Старинова, прибывшего из Москвы, была проведена операция по разгрому немецкого гарнизона на Кривой Косе, что западнее Таганрога. Операция была громкая и упоминалась даже в сводках Совинформбюро.

В ночь на 23 февраля сводный отряд моряков-пехотинцев и партизан-подрывников, переправившись по льду Таганрогского залива, внезапно напал на спящий гарнизон и уничтожил его, захватив пленных и трофеи. Много документов досталось группе старшины роты саперного батальона Максима Репина. Среди них оказался роскошный портфель, в которой была толстая общая тетрадь с графиками и формулами. По показаниям пленных владельцем её был какой-то высокий чин, приехавший в «Опель-адмирале» в сопровождении 2-х эсэсовцев. При нападении эсэсовцы и офицер стали отстреливаться, и потому для быстроты дела Репин подорвал стену дома, у которого стояла автомашина. Трупы откапывать было некогда, в автомобиле нашли портфель и передали его в свой штаб. Штаб тетрадь не заинтересовала и её возвратили Старинову, как специалисту по взрывчатым веществам. Попытка перевода её в Ростове ничего не прояснила, но Старинов тетрадь выбрасывать не стал, и в апреле 1942 г. по приезде в Москву отдал её зам. уполномоченного ГКО по науке С.А.Балезину. Был сделан хороший перевод записей. Это оказались рабочие заметки с расчётами количества энергии, выделяемой при ядерном взрыве. Не все формулы и сокращения удалось расшифровать, но перечень необходимых материалов в конце записей не оставлял сомнения в том, для каких именно работ они предназначены.

Этот «трофей» Старинова, добытый тоже «на поле боя» (где полем оказался посёлок Кривая Коса), наряду с энергичными письмами физика Флёрова, стал определяющим моментом для начала наших работ по разработке ядерного оружия, о чём можно прочесть в воспоминаниях уполномоченного ГКО С.В. Кафтанова (ж. «Химия и жизнь», 1985 г.).

Ёще одна интересная ассоциация из жизни И.Г.Старинова. Именно он организовал минирование важных стратегических объектов мощными фугасными радиоминами перед сдачей нашими войсками Харькова в 1941 году, а затем в нужное время их дистанционный подрыв из Воронежа по закодированному радиосигналу. Под развалинами тогда погиб начальник харьковского гарнизона генерал Георг фон Браун, брат известного по истории с Кондратюком Вернера фон Брауна.

Ну, и в заключение этого ракетно-ядерного исторического симбиоза, отметим, что, всякий раз, когда наступает дата 12 апреля, известная как День космонавтики, наши доблестные физики-ядерщики Курчатовского института, в музее которого хранится «атомная тетрадь», празднуют день своего рождения, т.к. 12 апреля 1943 года вице-президент АН СССР А.А.Байков подписал Распоряжение №121 «В соответствии с Постановлением ГКО организовать Лабораторию №2 АН СССР».
Tags: болхов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments